Разработчики Ethereum обсуждают долгосрочную дорожную карту масштабирования, в которой фигурирует ориентир 10 000+ транзакций в секунду на L1. Ключевая идея — перейти от модели, где валидаторы заново исполняют транзакции, к модели, где они проверяют ZK-доказательства корректности блоков. В терминах производительности цель сформулирована как 1 gigagas/sec на L1 — то есть увеличение пропускной способности базового слоя на порядки без превращения Ethereum в «датацентровую» сеть.

Разбираем, что именно подразумевают эти 10 000 TPS (и почему это не «магическая цифра»), какие технические изменения стоят за обещанием, как это связано с планами на 2026 год (рост gas-лимита, ePBS, ZK-верификация) и что будет означать «быстрый L1» для комиссий, L2 и DeFi.

Идея «10 000 транзакций в секунду на L1» звучит как удар по базовым аргументам последних лет: зачем роллапы и L2, если сам базовый слой станет быстрым? Но если внимательно прочитать дорожную карту, становится ясно: речь не о том, что Ethereum завтра «включит режим Solana», а о том, что разработчики предлагают поменять механику проверки блоков и пересобрать фундамент сети — от консенсуса до исполнения.

Сейчас Ethereum масштабируется в основном за счёт L2, а L1 сохраняет роль «якоря безопасности и ликвидности». Дорожная карта “Lean Ethereum” предлагает параллельный путь: резко увеличить пропускную способность L1 за счёт вертикального масштабирования и ZK-технологий — при сохранении децентрализации и возможности верифицировать сеть на потребительском железе. Амбиция сформулирована максимально прямолинейно: 1 gigagas/sec на L1, что в пересчёте даёт 10 000 TPS (ориентир, зависящий от «тяжести» транзакций).

1) Откуда взялись «10 000 TPS» и почему это привязано к gas

Внутри Ethereum пропускная способность измеряется не «транзакциями», а газом — условной единицей вычислений. Одна простая отправка ETH — это один объём газа, сложный DeFi-свап — другой, а взаимодействие со сложным контрактом может стоить кратно больше. Поэтому «TPS» без уточнений часто вводит в заблуждение.

В дорожной карте цель записана как 1 gigagas/sec на L1. А «10 000 TPS» — это удобная интерпретация, если взять типовой «средний» размер транзакции по газу для реальных приложений (условно, не голый перевод, а что-то ближе к dApp-операциям). Если же считать «самые лёгкие» транзакции — цифра TPS может быть выше. Если считать «тяжёлые» — ниже.

Важно: Ethereum не обещает «10 000 TPS на всех типах операций одинаково». Он описывает цель по вычислительной мощности базового слоя.

2) Главная смена парадигмы: валидаторы проверяют доказательства, а не исполняют всё заново

Самый жёсткий ограничитель L1-масштабирования — то, что каждый валидатор должен быть способен проверить блок в заданное время. В классической модели это означает: каждый узел повторно исполняет транзакции и пересчитывает состояние. Чем больше нагрузка — тем больше требований к железу. Так рождается риск «датацентровой сети».

Lean Ethereum предлагает заменить «повторное исполнение» на криптографическую проверку: блок сопровождается ZK-доказательством, которое подтверждает корректность вычислений. Валидатору тогда не нужно повторять всё — достаточно проверить доказательство (что должно быть существенно дешевле, чем полное исполнение всех операций).

В итоге появляется логика “proofs over re-execution”: рост производительности упирается не столько в CPU каждого узла, сколько в экосистему доказательств, их скорость и доступность.

3) Какие «три слоя» Ethereum хотят пересобрать: консенсус, данные, исполнение

В дорожной карте “Lean Ethereum” изменения описаны как набор «lean-апгрейдов» по трём подслоям L1:

• Lean consensus — редизайн консенсуса (Beacon Chain 2.0 / ранее фигурировало название “Beam Chain”) с акцентом на безопасность, децентрализацию и финальность «в считанные секунды».
• Lean data — эволюция «blobs» (условно “blobs 2.0”) и более тонкая настройка доступности данных, включая идеи вроде DAS (data availability sampling).
• Lean execution — «EVM 2.0»: минималистичный, SNARK-friendly набор инструкций (в т.ч. обсуждается вариант на базе RISC-V), чтобы сделать доказательства исполнения проще и быстрее.

Эта часть важна для понимания масштаба обещания. 10 000 TPS на L1 — это не «ещё один EIP про комиссии». Это попытка сделать Ethereum одновременно быстрее и проще для проверки за счёт доказательств и новой криптографии.

4) Что из этого реально в 2026 году: gas-лимит 100M+, ePBS и ZK-верификация

Долгосрочная дорожная карта живёт на горизонте «нескольких лет», но у неё есть короткий мостик: планы разработчиков на 2026 год, где фокус уже более приземлённый — «снять низковисящие плоды» производительности и подготовить инфраструктуру.

В публично обсуждаемом плане на 2026 год среди задач по масштабированию фигурируют:

• Рост лимита газа (цель — 100 млн и выше), то есть прямое увеличение пропускной способности L1 по вычислениям.
• ePBS (вариант Proposer-Builder Separation / разделение ролей сборки блока и предложения) — чтобы ускорять обработку транзакций и снижать риски централизации блок-билдинга.
• Развитие ZK-направления — как технологическая база для более эффективной верификации и будущего «proof-поворота».

То есть 2026 год в этой логике — не «10 000 TPS уже завтра», а год, когда Ethereum усиливает L1, повышает потолок по gas, и прокладывает дорогу к модели, где ZK-верификация станет нормой.

5) Как быстрый L1 повлияет на комиссии, MEV и UX

Если Ethereum действительно сможет кратно увеличить пропускную способность L1, последствия будут не только «про скорость», но и про экономику сети.

Комиссии: ниже в среднем, но не гарантированно «всегда дешево»

Больше вычислительного «пространства» в блоках — меньше конкуренция за включение транзакций, значит ниже средняя комиссия в спокойные периоды. Но комиссии зависят не только от пропускной способности, а и от спроса: если в сеть придёт новая волна пользователей и приложений, она может «съесть» прирост мощности. Поэтому корректнее говорить о снижении структурного давления на gas, а не о вечных копейках.

MEV: чем выше TPS, тем сложнее гонки — и тем важнее правила билдинга

Ускорение L1 увеличивает частоту событий на рынке ликвидности, а значит усиливает роль инфраструктуры блок-билдинга и механизмов справедливости/нейтральности. Именно поэтому рядом с «масштабированием» в планах фигурируют ePBS-подходы: попытка сделать так, чтобы скорость не покупалась ценой централизации в руках нескольких билдера-кластеров.

UX: «секунды финальности» меняют привычные паттерны

Если финальность действительно приблизится к «секундам», Ethereum станет ближе к пользовательскому опыту привычных финтех-систем. Это может ускорить развитие ончейн-торговли, платежей и интерактивных приложений, где сейчас тормозит именно ожидание подтверждений.

6) Что это меняет для L2: конкуренция или новая роль

На поверхности возникает вопрос: «Если L1 будет 10 000 TPS, L2 больше не нужны?» На практике вероятнее другой эффект: изменится распределение ролей.

• L1 станет вместительнее для критичных операций: DeFi-ликвидность, крупные протоколы, расчетные слои, где важна максимальная «базовая» безопасность.
• L2 не исчезнут, но будут сильнее конкурировать по специализации: UX, приватность, кастомные среды исполнения, «приложенческие» цепочки.
• Мосты и интероперабельность станут ключевыми: чем выше скорость L1 и дешевле calldata/блоб-данные, тем ближе мир, где L2 — это интерфейс и модуль, а не отдельная «страна».

То есть «быстрый L1» скорее сжимает пространство для слабых L2 и усиливает сильных, чем отменяет весь L2-слой.

FAQ

Итог

Дорожная карта Ethereum с ориентиром 10 000+ TPS на L1 — это не маркетинговая «цифра ради цифры», а обозначение стратегического разворота: Ethereum хочет научиться масштабироваться без отказа от децентрализации, опираясь на ZK-доказательства, обновление криптографии и редизайн ключевых компонентов протокола. На коротком горизонте (2026) это выражается в более практичных целях — рост лимита газа, улучшение механики сборки блоков и ускорение ZK-направления. На длинном горизонте — это попытка сделать L1 достаточно мощным, чтобы он снова стал центром «тяжёлых» операций, а L2 — слоем специализации и UX.

Полезные ссылки

• Ethereum (ETH): как работает сеть и что влияет на комиссии
• Gas в Ethereum: что такое лимит газа и почему он важен
• Rollup и L2: зачем нужны и как связаны с масштабированием
• ZK-доказательства: зачем нужны и как работают