Trump Media & Technology Group (DJT), оператор Truth Social, объявила, что 2 февраля 2026 года станет датой фиксации (record date) для участия акционеров в «цифровой токен-инициативе». Важно: речь не о том, что токен начнёт свободно торговаться 2 февраля — компания называет эту дату «срезом» владельцев акций, которые смогут претендовать на получение токенов и связанных с ними поощрений.
В сети Ethereum обновлён исторический максимум по стейкингу: в Proof-of-Stake сейчас застейкано около 36,1 млн ETH — это примерно 29,7% всей эмиссии. Круглая «30%-отметка», которую активно цитируют в соцсетях, остаётся буквально на расстоянии шага — и, судя по динамике очередей, рынок пытается зайти в стейкинг «оптом». Наиболее показательная деталь — не сама красивая цифра, а то, как именно она
Makina Finance столкнулась с эксплойтом, который ударил по стейблкоин-пулу DUSD/USDC (в коммуникациях также фигурирует связка DUSD–DUSDC) на Curve. По оценкам ончейн-аналитиков и мониторинговых сервисов, из пула вывели около $5 млн в стейблкоинах, а в эквиваленте атака засветилась как вывод 1 299 ETH (порядка $4 млн на момент инцидента). Необычная деталь — значительная часть ценности, по данным
Galaxy Digital объявила о закрытии дебютной сделки в формате tokenized CLO — обеспеченного кредитного обязательства, чьи долговые транши выпущены и токенизированы на Avalanche. На старте через структуру профинансировано около $75 млн, а якорным инвестором выступил протокол Grove (в экосистеме Sky, ранее MakerDAO) с аллокацией примерно $50 млн. Главное здесь не «громкий заголовок» и не попытка
Комитет Сената США по банковским вопросам отложил обсуждение ключевого законопроекта о «правилах игры» для крипторынка — спустя считаные часы после того, как глава Coinbase публично заявил: биржа не поддержит текущую редакцию. Для рынка это не просто очередная «политическая пауза». Это сигнал, что даже при сильном лобби и высоком запросе на ясность регулирования компромисс по самым
Рынок хочет простого: чтобы стало понятно, какие криптоактивы в США считаются «ценными бумагами», какие — «цифровыми товарами», кто регулирует спот-торговлю и по каким правилам работают биржи. Именно это обещает законопроект Digital Asset Market Clarity Act of 2025 (CLARITY Act, H.R.3633): он пытается разложить крипторынок по полкам, закрепить роли регуляторов и описать базовую инфраструктуру,
В середине января рынки могут получить редкий по силе триггер: решение Верховного суда США по делу о законности «глобальных» импортных тарифов, введённых администрацией Дональда Трампа через режим чрезвычайных полномочий (IEEPA). На кону — не только торговая политика, но и вопрос: где проходит граница президентской власти в экономике, и что будет с уже собранными пошлинами. Reuters писал, что
В России готовят очередной поворот в регулировании крипторынка. Председатель комитета Госдумы по финансовому рынку Анатолий Аксаков заявил, что подготовлен законопроект, который выводит криптовалюты из-под «особого финансового регулирования» и делает их более «обычным» инструментом на рынке. Главная деталь для розницы — доступ к покупке для неквалифицированных инвесторов, но с ограничением по
13.01.2026 — JPMorgan пересмотрел ожидания по политике ФРС и фактически поставил под сомнение популярный рыночный сценарий: что в 2026 году ставка будет снижаться «по расписанию». В свежих оценках банка звучит логика «higher for longer» — ставка может задержаться на текущих уровнях дольше, чем закладывает рынок, а следующий шаг регулятора в базовом сценарии JPMorgan может оказаться повышением
2025 год оказался одним из самых болезненных для крипторынка с точки зрения безопасности. По оценке PeckShield, совокупный ущерб от краж, взломов и мошенничества в криптоиндустрии превысил $4,04 млрд — это примерно на треть больше, чем годом ранее. Среди причин — атаки на инфраструктуру хранения ключей, рост мошенничества и всё более убедительная социальная инженерия. Параллельно аналитики дают
